Кибериада - Страница 4


К оглавлению

4

– Она уже здесь? – крикнул Трурль.

– Да, – ответил бургомистр. – И требует, чтобы мы вас выдали, в противном случае она разрушит весь город…

И тут же они услыхали откуда-то сверху стальное гнусавое гоготание:

– Где-то здесь Трурль… я чую Трурля…

– Но ведь вы же нас не выдадите? – дрожащим голосом спросил тот, выдачи которого так настойчиво требовала машина.

– Тот из вас, которого зовут Трурль, должен отсюда выйти. Второй может остаться, поскольку его выдача не является необходимым условием…

– Но сжальтесь!

– Мы бессильны, – сказал бургомистр. – Да если б ты и остался, Трурль, тебе пришлось бы отвечать за ущерб, причиненный городу и его жителям, ибо это из-за тебя машина разрушила шестнадцать домов и погребла под их развалинами многих наших горожан. Лишь то, что ты находишься пред лицом смерти, позволяет мне отпустить тебя. Иди и не возвращайся.

Трурль глянул на советников и, прочтя на их лицах свой приговор, медленно направился к выходу.

– Подожди! Я с тобой! – импульсивно воскликнул Клапауций.

– Ты? – проговорил Трурль со слабой надеждой а голосе. – Нет… – сказал он, помолчав. – Останься, так будет лучше… Зачем тебе бесполезно гибнуть?

– Идиотизм! – энергично воскликнул Клапауций. – Что ж это, с какой стати нам погибать, неужели по прихоти этой железной кретинки? Тоже мне! Этого мало, чтобы стереть с лица земли двух величайших конструкторов! Идем, мой Трурль! Смелее!

Воодушевленный этими словами, Трурль побежал по лестнице за Клапауцием. На рыночной площади не было ни души. Средь клубящейся пыли, из которой проступали скелеты разрушенных домов, стояла, выпуская облака пара, машина, намного выше ратуши, вся измазанная кирпичной кровью стен и белой пылью.

– Осторожнее! – прошептал Клапауций. – Она нас не видит. Бежим по этой улочке налево, потом направо, а там напрямик. Невдалеке начинаются горы. Там мы спрячемся и придумаем что-нибудь такое, чтобы раз навсегда отбить у нее охоту… Бежим! – крикнул он, ибо в этот миг машина заметила их и бросилась вслед, так что земля дрогнула.

Мчась во весь дух, выбежали они из городка. Добрую милю неслись они, слыша за собой громовую поступь колосса, упорно преследовавшего их.

– Я знаю это ущелье! – воскликнул вдруг Клапауций. – Там русло высохшего потока, оно ведет в глубь скал, там много пещер, туда, скорее, сейчас ей придется остановиться!..

Спотыкаясь, мчались они в гору, взмахами рук поддерживая равновесие, но машина все не отставала от них. Прыгая по шатким камням высохшего потока, они достигли расщелины в отвесных скалах и, увидев высоко вверху черное отверстие пещеры, полезли туда что было сил, хоть камни шатались и осыпались у них под ногами. Из большого отверстия в скале веяло холодом и тьмой. Они поспешно влезли внутрь, пробежали еще несколько шагов и остановились.

– Ну, тут мы в безопасности, – проговорил, успокоившись, Трурль. – Я выгляну, посмотрю, где она застряла.

– Осторожнее! – предостерег его Клапауций. Трурль подобрался к выходу, высунулся и тут же испуганно отскочил назад. – Она лезет вверх! – крикнул он. – Успокойся, сюда-то она наверняка не войдет, – проговорил не совсем уверенно Клапауций. – Что это? Вроде потемнело… Ох!

Гигантская тень заслонила небо, видневшееся до этого в отверстии пещеры, на мгновение показалась стальная, густо усеянная заклепками стена машины, которая медленно прислонилась к скале. Теперь пещера была, словно стальной крышкой, плотно закрыта извне.

– Мы в тюрьме… – прошептал Трурль, и голос его дрожал еще сильнее, оттого что наступила абсолютная тьма.

– С нашей стороны это был идиотизм! – возмущенно воскликнул Клапауций.

– Лезть в пещеру, которую она может забаррикадировать! Как мы могли сделать это?

– Как ты думаешь, на что она рассчитывает? – после долгого молчания спросил Трурль.

– На то, что мы постараемся отсюда выбраться, – особого ума не требуется, чтоб до этого додуматься.

Опять наступило молчание. В черной тьме Трурль на цыпочках, вытянув руки, двинулся в сторону выхода и шарил по скале руками, пока не коснулся гладкой стали, теплой, словно нагретой изнутри.

– Я чувствую тебя, Трурль, – загудел в закупоренной пещере железный голос.

Трурль попятился, сел на камень возле приятеля, и некоторое время они не двигались. Наконец Клапауций шепнул ему:

– Ничего мы тут не высидим, что поделаешь, попробую вступить с ней в переговоры…

– Это безнадежно, – сказал Трурль. – Но попробуй, может быть, хоть тебя она выпустит живого…

– Ну, нет, не того я хочу! – ободряюще проговорил Клапауций и, подойдя к невидимому в темноте отверстию, крикнул: – Алло, ты слышишь нас?

– Слышу, – ответила машина.

– Послушай, я хотел бы попросить у тебя прощения. Понимаешь… произошло между нами небольшое недоразумение, но ведь это, по сути, мелочь. Трурль не имел намерения…

– Я уничтожу Трурля! – сказала машина. – Но прежде пусть он ответит мне на вопрос, сколько будет два плюс два.

– Ах, ответит он тебе, и так, что ты будешь довольна и наверняка с ним помиришься, ведь правда же, Трурль? – успокаивающе заговорил посредник. – Ну конечно… – едва слышно произнес Трурль.

– Да? – сказала машина. – Так сколько будет два плюс два?

– Че… то есть семь… – еще тише проговорил Трурль.

– Ха-ха! Значит, не четыре, а семь, так? – загудела машина. – Вот видишь!

– Семь, конечно же, семь, всегда было семь! – горячо подхватил Клапауций. – Теперь ты нас выпустишь? – осторожно добавил он.

– Нет. Пускай Трурль еще раз скажет, что он очень сожалеет, и ответит, сколько будет дважды два…

4